КУРСКМАНИЯ СЪОУАЭЙСАЙТ
На главную
Вальдас Крапикас
Джо
Жека Маранцман
Дмитран Дадуев







Три мушкетёра

Евгений Евгеньевич Маранцман

Евгений Маранцман начинал с того что,шнырял по домам друзей и знакомых в поисках пропитания и ночлега по Курску начала девяностых.Всегда весёлый, остроумный, с изрядной порцией откровенного подхалимажа, некоторых персон он даже невольно заставляет подражать своей мимике и жестам.Это рубаха-парень,душа компании,с которым бывает особенно весело на шумной вечеринке,где вино льётся рекой а дым валит через допустимые представления.Многие ему не отказывают,оставляя у себя на долгие месяцы,годы,дни.Его творчество большей частью заключается в достаточно успешных поисках из области развития родного слова.Прославился к примеру Женя тем, что практически на каждую букву русского алфавита сочинил матерное слово. "Сперможуй","мочедав","коблеёба","бляздрапизда","мудовафлерун" - вот самые известные маты, автором которых выступил наш герой. В то же время свет увидели 2 его малоизвестные поэмы "Юбилей похорон коня" (по мотивам собственных любовных похождений с изрядной долей курского колорита), а также незаконченный роман в стихах "Продолжение истории о трёх мушкетёрах".Дебютное произведение Гуська покрылось толстым слоем пыли в столе у одного из издателей,перейдя поначалу в разряд неиздаваемых а потом и вовсе растворившись во времени.Подобная участь ждала и "мушкетёров",ценой неистовых усилий автора оставшихся на бумаге к радости потомков. Зато Гусак стал автором получившей широкий резонанс театральной пьесы "Житие Кирилла и Мифодия", обработав героический эпос об авторах кириллицы в его панк-вариант. Триумфальной также стала часовая программа на радиостанции "Ассонанс" (безумно в своё времена популярной) с участием нашего героя, представившегося Евгением Маранцманом, основателем поэтического кружка "Мёртвый пегас", соратником которого был, кстати, и Вальдас Крапикас. Однако закончил Женя Хрустальный банально,сложив полномочия нового русского глашатая и направив лыжи в сторону Северной Пальмиры в поисках признания и денег.

 

Роман в стихах

«Три мушкетёра»

 

Глава 1

 

В стране веселой, солнечной,

В далёком дальнем времени

Во Франции, что с девками -

Хорошими и нужными,

Где пьют вино с водчонкою

И там же, где едят

В селе, не очень маленьком,

Жил дед седой, но хмур.

 

И был у деда этого

Сынок младой, горяченький

Он звался Дартаньяном, земли гасконской сын.

И вот ему, уродецу

Надумалось дорватися

До города великого

По имени Париж.

 

Ему заразе впадло, нах,

С отцом, да с мамкой старою

Валяться на печи ничком

Да пиво с рыбой жрать.

 

Сказал он как-то пьяненький

«Мамань, хочу в столицу, блин,

Там пиво повкуснее всяк

Да, девки – солидней».

Ну, мамка заревела взрыд

И билась лбом о стеночку.

Отец, увидев сей расклад

Взял сына за шкирняк.

 

И потащил на двор его,

Чтоб вызвать на дуэль.

Дарток, учуяв лихое,

Упал папашке в голени

И вот, когда он падал нич,

Срубил отца – тот сдох.

А мамка лбом-то билася

И тоже - умерла.

 

 

И Дартаньян, счастливый весь,

Покончив с родным гнёздышком,

Испепелив имение и утопив кота

Нашел коня и сбрую тож,

Шпажонку помаститее,

Два литра тёмных пив…

 

Вскочил он на конину весь

И вдарил по бокам, шпорОй.

Конёк, почуяв массу,

Понесся, но легко.

Вернее потащился зверь

Ведь старенький уже.

 

Так наш герой, стремглавенький

Дорвался до Парижу прям,

Где ждал его Атосио,

Портос и Арамис.

Они его не знали, бля,

Да он их впрочем тоже вряд л,

Но главное, что ждали ведь,

А это даже в кайф.

 

Приедет парень хамский в хлам,

А станет – знаменитостью.

Но это впереди, пока,

А щас же – передых.

 

Глава 2

 

Когда Дарток приехал в град,

То первым делом пива взял,

В итоге он нажрался, бля,

Как гнусная свинья.

 

Ну, а браток с деревни же

Он пьяный хуже смертушки

Давай кидать наезды всем

И лапать здешних дам.

Ну вызвали подмогу тут

Трактирщики с парнягами

Но эта сволочь подлая,

Взорвал пол кабака.

 

Приехали гвардейцы тут,

Со шпагами и саблями

Связали гада нашего

И стали тупо бить.

 

Взмолился тут он сразу же

И молвил тихим голосом

«Кончайте парни мучить мне,

Я пивом угощу».

 

Но те не слышат просьбищу,

А молча всё работают

И вот наш друг затейливый

Уж начал умирать.

 

Тут на коне, всём в яблоках,

Скакал серьёзный воин, мля,

Увидев это рубище

Решил промчаться прочь.

 

А Дартаньян, забитый весь,

Рванул, что было мочи ввысь

И раскидал всех гадов, бля,

По разным сторонам.

 

Потом сорвался в сторону

Догнал пешком солдата-то

И сапогом со шпорою

Убил его коня.

 

Ну, а солдат серьёзный же

Слезая с трупа конского

И доставая шпагу враз

Кричит благим матком.

 

«Ты – стерва деревенская!

Ты на кого наехал, нах,

Ты знаешь - кто такой я есть

Я местный здесь король!

Зовут меня Атосом, бля,

И если кто обидит, нах,

Кого-нибудь из наших, бля

Я вырву ему печень

И дам сожрать котам!»

 

А Дартишок не промах ведь

Не сел он на измену весь

И он в ответ ответил, зло,-

«Заткни своё табло!»

 

Атос же всепрогневился

Сорвал с себя сбруЮ тугу,

И шумно потрясая ей,

Созвал своих братков.

 

Пришли тут мушкетёрчики

Один с едою вкусною

Другой с цветком духанистым

И нюхая его.

 

Портос - жуя и чавкая,

Узнали вы конечно же

Толстенного дружбанчика

То именно был он.

 

Сказал Атосу злому он,-

«Тебя, что обижают, брат,

Иль этот смелый юноша,

Задумал умереть?»

 

И Арамис добавил вслед,-

«Сейчас мы хлопца этого, поганого, строптивого

Свернём в трубу длиннющую

И будем её бить»

 

А Дартаьян зажмурившись,

Поняв, что таз накроется,

Промолвил нагло, твёрдо так,-

«Зову все на дуэль!»

 

Тут мушки обалдели прям

Давай над ним смеятися

Вот так вот рассмешил их всех

Отважный наш герой.

 

 

«Ну, парень, ты весёлый, бля,

Мы же тебя затопчем в низ,

И на гробу железном, нах,

Увидят твоё портрет!

 

Но раз такой ты смелый, блин,

Давай часов в двенадцать дня,

Там в центре, на пивнухе,

Тебя мы будем ждать».

 

Сказали мушкетёры, ржа,

Взлетели на коней своих

И по дороге, к дому,

Так заодно, за дело,

Прирезали конёчка, весёлого гасконского,

Чтоб Дартаньян тот знал!

 

Заплакал тут гасконец

Из-за коня конечно…

Хороший был животный

И умер хорошо.

 

Глава 3

 

Тем временем во Франции

Велико шло сражение

За то – какой товарищ

Там будет заправлять.

Король Людовик толстый?

Иль длинный Ришелье?

 

Они конечно билися

Не сами, а с солдатами

И эти все базары

Смотрела вся страна.

 

И кардинал, в шапчонке

С весёлою братвою,

Которые забили, не сильно, пацана.

И королёк в коронке

С ордою тож весёлой,

Но только больше пьяной.

Мы знаем их уже.

 

 

Король их знаменитый

Парниша был не мелкий

И пиво уважал он

Как настоящий брат.

 

И он своих ребяток,

Когда водил в пивнуху

Туда водил, конечно,

Ведь страшно одному.

 

И пацаны лихие

Подпив немного, пыхнув,

Чинили там наезды

Они же – мужики!

 

А кардинал, зараза,

Пивко-то не любил-то

Он пил одну лишь водку

Такой вот был эстет!

 

Но у него в запасе

Была солидна девка

Она его обычно

До дому отнесла.

 

Её такую стерву

Уже давно пора бы

Взят за роскошны косы

Да выдергать бы все.

 

Она звалась – Миледи

В  прошедшем – проститутка.

И тусовалась с парнем.

По имени Рошфор.

 

Он тоже был скотина

Любил девчонок жопить

И выпив водки литр

Устраивал разбой.

 

Когда-т в далёком детстве

Атос – известный парень

Женат был на Миледи

Детей у них щас нет

 

Атос был не глупышка

Он точно всё подметил.

Ну а Миледи, курва,

Хотела мамкой быть.

 

За это, за другое

Она забила как-то

Серьёзного Атоса

Так с пьяным же легко…

 

Ну и свалила сразу

На белой, на карете,

Приехала к начальству

И сдАлась Ришелье.

 

За этот за поступок

Наш кардинял, синячный,

Поставил ящик водки

И выпил его сам.

 

Вернёмся же к Людову

А у него в заначке

Сидела Королева

И плакала давно.

 

Она любила Сэра!

А Сэр из Бэкингема

Он парень, вроде, классный,

Но слишком много пил.

 

Так вот, вот этот герцог

Однажды с перепою

Пошёл в свой банк английский

А денег-то и нет.

 

Он накатал телегу

Дрожащими руками

Французской королеве,-

«Люблю я, мол, тебя!

 

И если ты в ответку

Меня так сильно любишь

Пришли-ка мне деньжонок

На злобный опохмел!»

 

Ну королева сразу

Давай искать бабосы,

А только этих фунтов

И нету у неё.

 

И тут она припомнила,

Что королёк, пивник наш,

Нажравшись как-то в усмерть

Отдал подвески ей.

 

На них двенадцать кАмней.

Большие там алмазы

И если ей отдать их

То можно жрать всю жизнь.

 

Она берет посылку

Кладёт туда подвески

И смачно запечатав

Относит на почтамт

 

А кардинал, синота,

Хоть и бухал нещадно

Завидел это дело

И двинул к королю.

 

Нашёл его на пиве

Тот был изрядно выпив

Ну и сложил он Анну,

Как подлый стукачок.

 

Король сказал, трезвея,

«Сейчас мы всё проверим,

Устроим мы банкетик,

Персон, бля, на семьсот.

 

И если королева

Подрулит без подвесок

Её мы смачно выпорем

Ну а потом убьём!

 

До бала - десять суток!

Чтоб пиво подогнали,

А кардиналу – водку,

Пусть пьёт, раз он такой

 

От кайфа - сильно радуясь

Нажрался кардиналья

И всем потом рассказывал,

Что будет он король!

 

Узнала королева,

Что дело её крышка

И бросилась на кресло

И залилась слезой

 

Вот так вот злой Ришел, нах,

Застукал королеву

И нет теперь ей жизни.

Свобода или смерть!

 

Такие вот расклады

Ведутся в королевстве

А хуля, вы, бля, думали?

Политик – не хуй!

 

Глава 5

 

Базары королевские

Оставим в стороне мы

И возвернёмся в город

В центруху, на пивко.

 

Там Дартаньян обиженный

Ждал злобных мушкетериев

Уже изрядно выпивши

И мало закусив.

 

Он думал о дуэли,

А кто ж о ней не думает,

Когда смертина лютая

Дыхнёт в твоё лицо.

 

Одно его лишь радвало,

Что деревенский хлопчик, нах,

Сумел своим характером

Наехать на монстрОв.

 

А в это время, дальше там,

В другом  конце Париженска,

Лежали в древо пьяные

Атос, Портос и Ар.

 

Они, забыв, про бАзары,

Решили оттопыриться

И, взяв по паре ящиков,

Расслабились чуть-чуть.

 

Тут отойдя от пьяни прочь

Своим могучим голосом

С матками, но серьёзно так,

Заводит речь Атос,-

 

«Ребята мы ж менжовки, нах,

Мы ж парня ошалелого

Должны сейчас прирезать, бля,

Осталось пять минут!»

 

Ему с охмела, грубо так

ВторИт Портос упитанный,-

«Он сам, скотина, сдохнет!

Такие не живут!»

 

А Арамис загадочный

Вскричал ослабшим голосом

«Ребята! Ну и хрен с ним!

Ищите на охмел

 

Но только Дартаньян наш

Смурной чуток, но всё же,

Решил не ждать победы

А двинул на неё.

 

Узнал он у бармена

Где смачно пьют мушкеры

И заточив кинжалы

Он оседлал коня.

 

Ну, а ребята наши,

Нажравшись до усёру

Запели злые песни

Про девок и войну.

 

Такие позже песни, мля,

Фашисты распевали

И чём, бля, всё закончились

Расскажет ветеран.

 

Ах, впрочем-то, о чём-то я

Вернёмся к описанию.

О немцах мы споём ещё.

Но уж в другой книгЕ.

 

Гвардейцы кардинала-то

Поняв, что слишком громко то,

Сорвали свои шпаги

И начали поход.

 

Но только мушкетеры,

Нажравшись даже сильно,

Умрут в руках с рапирами

Такой  них закон!

 

И вот они доставши

Свои калёны шпаги

Засунули их в руки

И стали смерти ждать.

 

И вдруг, ворвавшись ветром,

И на коне хрипящем

В кабак зашёл гасконец

И заказал пивка.

 

Гвардецы обалдели,

Поняв такое дело,

Что парень наглоборзый

Мешает им гулять.

 

Они его поднЯли

И смачно опустили.

И вот когда он падал,

Сломал себе свой нож.

 

А наглая орава

С крестами, да не нашими,

Давай его мутузить,

Да заодно и тех.

 

А те, лежавши, тихо,

И никого не трогая,

Пытались защищатися,

Но тут же ведь толпа.

 

Гвардейцы, падлы подлые,

Решили поглумитися

И били очень долго их

Всех наших пацанов.

 

Когда они управились,

То с песнями и танцами

Набрали водки экспортной

И убралися вон…

 

Атос, Портос и А(А)рамис

И Дартаньян до кучи то ж

Лежали, горько плакали,-

«Обидели, казлы!!!»

 

Вот так вот подружилсь, блин,

Пацан и мушкетёры, нах

И разом порешили здесь

Что пиво – вместе пьют!

 

Глава 5

 

Вернёмся в королевство, мля,

А там лежа на креслице,

Залитая слезищами,

Орёт благим матком

Святая королевищна

И имя её АннА.

 

И вырыдала Анька

Пять-шесть литрОв слезЫ.

Вот так, вот убиваяся,

Она и не заметила,

Как пробралася в домик к ней

Служаночка её.

 

Звалась она Констанцией

Была от роду взрослою

И знала чего стоит-то

Сигары, да пивко!..

 

Курск, 1996 год

Продолжение следует…

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Наш адрес: СССР, г.Курск.
Joe&Kash 2006